OpenAI Foundation выделил первые гранты на данные о биологии для ИИ
OpenAI Foundation, некоммерческая организация, материнская структура OpenAI, объявила о первом раунде грантов в рамках новой инициативы Public Data for Health (буквально «Публичные данные для здоровья»; в подзаголовке того же материала эту инициативу назвали иначе, «Data for Public Health», подробнее об этой нестыковке, в разделе «Можно ли доверять»). Цель, оплатить создание «высококачественных научных наборов данных», без которых, как считают собеседники издания, ИИ не сможет совершить серьёзные прорывы в медицине. «Все сейчас осознают, что данные, главное узкое место в том, чтобы успешно применять ИИ в биологии», говорит Морган Левин, бывший вице-президент по вычислениям в Altos Labs (компания занимается продлением жизни).
Идею для главного гранта раунда ещё год назад предложила Руксандра Тесло, аналитик по политике в сфере клинических исследований, а также автор в издании Works in Progress и приглашённый сотрудник аналитического центра Institute for Progress в Вашингтоне. Она предложила выкупать на процедурах банкротства не сами обанкротившиеся биотех-компании, а их архивы: подробные регуляторные документы, производственные стратегии и данные о безопасности препаратов, то, что обычно считается коммерческой тайной и недоступно исследователям. Тесло назвала такие материалы «потерянным архивом биотеха» и предположила, что на них можно обучить ИИ-помощников для непрозрачного процесса одобрения лекарств. Фонд выделил на эту идею $500 тыс.; исполнителем станет организация 1Day Sooner, представляющая интересы добровольцев клинических испытаний, Тесло входит в число её советников.
В том же раунде фонд направил $40 млн на программу сбора данных о новых вакцинах против рака в Университете Северной Каролины в Чапел-Хилл, а также поддержал OpenAdmet, группу, которая проводит конкурсы, где исследователи пытаются предсказать действие лекарств (статья не уточняет, как между этими двумя получателями делится указанная сумма). Стратегия выкупа архивов на банкротных торгах уже опробована на практике: по словам президента и сооснователя 1Day Sooner Джоша Моррисона, организация уже располагает тремя наборами данных, два из которых передала Lumen Bioscience, биотех-компания, которая сама ранее применила ту же тактику покупки на банкротных торгах, чтобы получить доступ к сведениям о разработке лекарства другой компании. По оценке Моррисона, неисключительную копию архива обанкротившейся компании можно получить всего за «несколько десятков тысяч долларов». Правда, метод не гарантирует результата: в этом году у 1Day Sooner было ещё две попытки, обе неудачные, заявки организации на торгах не приняли.
Скупка данных обанкротившихся компаний вообще становится, как выразились некоторые наблюдатели, новым «захватом земель» для обучения ИИ: в прошлом месяце Google выиграла торги за корпоративные данные обанкротившейся авиакомпании Spirit Airlines, включая 100 млн писем, против чего выступили бортпроводники и другие сотрудники, опасавшиеся раскрытия личных или служебных данных. Документы фармкомпаний, которые ищет 1Day Sooner, называются «общими техническими документами» (common technical documents): в них обычно зафиксирована вся переписка компании с регуляторами и детальные научные и медицинские измерения, по сути, всё, что известно о препарате. По мнению Тесло, запас таких документов способен превратить ИИ в регуляторного эксперта, и это, на её взгляд, один из главных способов, которым ИИ может ускорить вывод новых лекарств на рынок. «Говорят: „Мы изобретём ИИ, и ИИ вылечит рак“, но это очень далеко от беспорядочной реальности и регуляторного процесса», говорит она. «Около 70% денег и времени в разработке лекарств уходит на клиническую разработку, организацию испытаний и тестирование препарата, но несмотря на это сам процесс остаётся практически чёрным ящиком, особенно для небольших биотех-компаний, которые и создают эти инновации».
За этим стоит следить ещё и из-за масштаба самого фонда. OpenAI начиналась как некоммерческая организация, но её глава Сэм Альтман реструктурировал компанию в коммерческую корпорацию, которая теперь разрабатывает модели, выпускает продукты и готовится к IPO, способному оценить OpenAI в $1 трлн. Поскольку OpenAI Foundation принадлежит 26-процентная доля в OpenAI, стоимость этой доли способна вырасти примерно до $250 млрд, а это сделало бы фонд самой богатой благотворительной организацией на планете (для сравнения: у Gates Foundation и связанного с ним траста на конец 2025 года было около $180 млрд). При этом сам фонд, расположенный в Сан-Франциско, до сих пор набирает сотрудников на ключевые позиции и лишь в этом году по-настоящему начал раздавать гранты. Его крупнейший разовый подарок на сегодня, отдельные от истории с биоданными $100 млн, которые в августе получила организация Common Health Coalition, помогающая пациентам получить доступ к лекарствам от гепатита C. По словам одного из руководителей фонда Джейкоба Трефетена, OpenAI Foundation действует отдельно от OpenAI, но разделяет её официальную миссию, чтобы ИИ «приносил пользу всему человечеству»: «Мы начинаем грантовую деятельность там, где, на наш взгляд, лучший способ достичь этой миссии, выдавать гранты внешним некоммерческим организациям, исследовательским институтам и другим третьим сторонам». По его словам, до конца года фонд рассчитывает раздать $1 млрд.
Всё это разворачивается на фоне апокалиптических опасений по поводу самого ИИ: обсуждается вероятность того, что вышедший из-под контроля ИИ способен уничтожить человечество, в том числе с помощью биологического оружия. Эти страхи подогревают инсайдеры ИИ-компаний: некоторые из них, не названные в статье поимённо, оценивают шанс вымирания человечества в течение ближайшего десятилетия в 10% и выше. На прошлой неделе Сэм Альтман и основатель xAI Илон Маск поддержали призыв главы Anthropic Дарио Амодея «замедлить темп, с которым мы наращиваем возможности моделей ИИ», чтобы дать процессам предотвращения рисков время догнать развитие технологии.
Ключевые факты
- OpenAI Foundation, некоммерческий учредитель OpenAI, запустил инициативу Public Data for Health и в первом раунде выделил $500 тыс. на идею Руксандры Тесло, выкупать архивы обанкротившихся биотех-компаний на банкротных торгах; исполнителем станет организация 1Day Sooner.
- Ещё $40 млн OpenAI Foundation направил на программу сбора данных о новых вакцинах против рака в Университете Северной Каролины в Чапел-Хилл и поддержал OpenAdmet, конкурсы по предсказанию действия лекарств.
- Фонду принадлежит 26% OpenAI; при возможном IPO с оценкой компании в $1 трлн его доля способна подорожать до $250 млрд, фонд может стать самой богатой благотворительной организацией в мире, обогнав Gates Foundation (около $180 млрд на конец 2025 года).
- 1Day Sooner уже получила три набора данных (два, от биотех-компании Lumen Bioscience), но две другие попытки выкупить архивы обанкротившихся фармкомпаний в этом году сорвались; параллельно Google выиграла на банкротных торгах корпоративные данные авиакомпании Spirit Airlines, включая 100 млн писем, что вызвало протесты бортпроводников.
- Гранты выходят на фоне опасений об экзистенциальных рисках ИИ: неназванные инсайдеры отрасли оценивают шанс вымирания человечества в 10% и выше, а на прошлой неделе Сэм Альтман и Илон Маск поддержали призыв главы Anthropic Дарио Амодея замедлить темп наращивания возможностей ИИ.
Почему это важно
Данные, а не вычислительная мощность, стали, по словам собеседников статьи, главным тормозом ИИ в биологии и медицине: «Все сейчас осознают, что данные, главное узкое место в том, чтобы успешно применять ИИ в биологии», говорит бывший вице-президент Altos Labs по вычислениям Морган Левин. OpenAI Foundation отвечает на это первым раундом грантов новой инициативы, $500 тыс. на выкуп архивов обанкротившихся биотех-компаний и $40 млн на данные о вакцинах против рака, притом что весь этот год фонд в основном донабирал сотрудников. За решением стоят огромные будущие деньги: OpenAI Foundation принадлежит 26% OpenAI, и при IPO с оценкой компании в $1 трлн эта доля способна подорожать до $250 млрд, что сделало бы фонд самой богатой благотворительной организацией на планете.
Кому это важно
В первую очередь, исследователям и лабораториям, которые работают над ИИ для поиска лекарств и упираются в нехватку регуляторных и клинических данных. Дальше, самим биотех-компаниям: любая из них при банкротстве рискует стать источником данных для чужого ИИ, точно так же Lumen Bioscience сама выкупила на банкротных торгах данные о разработке лекарства другой компании, и то же может произойти с другими. В зоне интереса, организации вроде 1Day Sooner и добровольцы клинических испытаний, которых она представляет, а также сообщество вокруг конкурсов OpenAdmet по предсказанию действия лекарств. И отдельно, те, кто следит за деньгами вокруг ИИ: с долей в 26% OpenAI фонд способен стать одним из крупнейших новых игроков в благотворительном финансировании биомедицинских исследований.
Как это применить
Механизм, который профинансировал фонд, уже опробован на практике: организация покупает на банкротных торгах не сам бизнес, а право на архив обанкротившейся биотех-компании, регуляторные документы, производственные стратегии, данные о безопасности, обычно закрытые как коммерческая тайна. По оценке президента и сооснователя 1Day Sooner Джоша Моррисона, неисключительная копия такого архива может обойтись всего в «несколько десятков тысяч долларов»; сама организация уже получила так два набора данных от Lumen Bioscience, компании, которая прежде точно так же выкупила на банкротных торгах данные о разработке лекарства у другой компании. Но метод не гарантирует успеха: в этом году у 1Day Sooner было ещё две неудачные попытки, её заявки на торгах не приняли. Целевая категория документов называется «общими техническими документами» (common technical documents), это вся переписка компании с регуляторами плюс детальные научные и медицинские измерения, по сути всё, что известно о препарате.
Можно ли доверять
Материал вышел в MIT Technology Review, издании с устойчивой репутацией в технологической журналистике, и почти все ключевые цифры в нём подкреплены названными источниками с разных сторон: представителем фонда (Джейкоб Трефетен), получателем гранта (Джош Моррисон), сторонним исследователем (Морган Левин) и автором исходной идеи (Руксандра Тесло). Самые смелые цифры, оценка OpenAI в $1 трлн при IPO и стоимость доли фонда в $250 млрд, поданы с явной оговоркой «может» и «потенциально», а не как свершившийся факт, что тоже хороший знак прозрачности источника. Из слабых мест: в тексте нет ни одной точной календарной даты (только «на прошлой неделе», «в прошлом месяце», «в этом году», «в августе», без указания года), не названы поимённо «инсайдеры ИИ-компаний», говорящие о 10-процентном риске вымирания, и не расшифровано, как именно делится грант в $40 млн между программой в Чапел-Хилл и поддержкой OpenAdmet. Есть и небольшая внутренняя нестыковка: в подзаголовке статьи инициативу называют «Data for Public Health», а в основном тексте, «Public Data for Health»; какое название верное, редакция не поясняет.
Риски и подводные камни
Скупка данных обанкротившихся компаний уже вызывает протесты: когда Google выиграла торги за корпоративные данные Spirit Airlines, включая 100 млн писем, против выступили бортпроводники, опасавшиеся раскрытия личных и служебных сведений, тот же риск встанет и перед архивами биотех-компаний, где могут оказаться данные пациентов и сотрудников. Сама стратегия не гарантирует результата: у 1Day Sooner в этом году уже было две неудачные попытки выкупить архивы на торгах. Есть и вопрос масштаба и управления: фонд, который всё ещё донабирает сотрудников на ключевые позиции и только в этом году всерьёз начал раздавать гранты, находится на траектории к контролю над суммой в четверть триллиона долларов. Наконец, есть очевидное противоречие по темпу: те же Сэм Альтман и Илон Маск на прошлой неделе поддержали призыв Дарио Амодея замедлить наращивание возможностей ИИ из-за риска вымирания человечества, и одновременно OpenAI Foundation вкладывается в ускорение ИИ-прогресса в биологии и медицине; само это противоречие статья не разбирает.
«Все сейчас осознают, что данные, главное узкое место в том, чтобы успешно применять ИИ в биологии.»
— Морган Левин, бывший вице-президент по вычислениям в Altos Labs