Nvidia: что знала служба безопасности о Megaspeed и романах Хуанга

Nvidia: что знала служба безопасности о Megaspeed и романах Хуанга

В августе из Nvidia ушёл давний директор по безопасности (CSO) Дэвид Ребер, проработавший четыре года на этой должности и семь лет в компании. Он объяснил уход проблемами со здоровьем: в конце августа написал в LinkedIn «Это не тот поворот, который я планировал. Но я знаю, что должно стоять на первом месте: семья и здоровье» и сообщил, что более двух лет назад у него диагностировали болезнь Паркинсона с ранним началом. Через два с половиной месяца сам генеральный директор Дженсен Хуанг покинул компанию из-за нарастающих вопросов о его внебрачных связях. Всё началось с руководителя Megaspeed (сингапурской компании, чьи дата-центры, по подозрению американских следователей, помогали переправлять чипы Nvidia в Китай; Megaspeed отрицает нарушения), а затем появились сообщения о двух отдельных романах с сотрудницами Nvidia.

Заменой Реберу стал Саша Здьелар: 17 лет в ExxonMobil в Хьюстоне (ушёл оттуда старшим IT-менеджером), год в Salesforce и несколько лет в кибербезопасной компании ReversingLabs. На вопросы о смене руководства и о том, что знала служба безопасности, не ответили ни Здьелар, ни Ребер, ни сама Nvidia.

Автор TechCrunch подчёркивает: публично ничто не связывает перемены в руководстве безопасности с делом Megaspeed, но вопрос о том, что знала служба безопасности и поднимал ли кто-нибудь тревогу, выглядит уместным. Отношения генерального директора с подчинёнными обычно решают кадровая служба, юристы и совет директоров, а не безопасники. Но специалисты по безопасности отмечают: любой роман, даже внутри офиса, даёт иностранной разведке рычаг давления на руководителя, который хочет сохранить его в тайне. А связь Хуанга с руководителем Megaspeed, компании под федеральным расследованием, вообще не была внутриофисной историей.

Часть картины внутри Nvidia явно знали. По данным The New York Times, главный юрист Nvidia занимался запросом властей по Megaspeed более года назад (Nvidia заявляла, что регулярно контактирует с чиновниками). The New York Times со ссылкой на пятерых сотрудников Nvidia писала, что Хуанг состоял в отношениях с вице-президентом, подчинявшейся ему напрямую, а Reuters со ссылкой на двух человек позже сообщило о втором романе. Неясно, дошло ли что-либо из этого до службы безопасности.

Главный собеседник статьи, отставной старший офицер разведки Николас Эфтимиадес, который, по его словам, обучил более 1000 корпоративных специалистов по безопасности и в 2020 году написал книгу Chinese Espionage Operations and Tactics. Он объясняет, почему риски трудно заметить. Разведки собирают информацию в основном в обычных разговорах, а не взломами. Ресурсы служб безопасности ограничены: их часто недофинансируют, потому что они, в отличие от некоторых других статей расходов, не приносят выручку. По его словам, поразительно часто гендиректора отвечают на предупреждения безопасников фразой «ни на цент больше, чем требует комплаенс (соблюдение норм)». Кроме того, многие компании слишком узко понимают безопасность. В колонке в The Hill Дон Авив (глава компании по корпоративным расследованиям Interfor International) и автор Джереми Хьюервиц пишут, что слишком многие компании по-прежнему сводят безопасность к защите помещений, предотвращению кибератак и реакции на физические угрозы, а командам нужно больше внимания уделять внутренним угрозам: вербовке руководителей и сотрудников иностранными разведками, подозрительным деловым связям, конфликтам интересов и попыткам получить чувствительные сведения через доверенные личные контакты. Автор TechCrunch замечает, что было бы удивительно, если бы у службы безопасности Nvidia с её масштабом и партнёрами не было более широких полномочий, чем у большинства компаний, но это возможно.

Часть задачи, говорит Эфтимиадес, просто не по силам никакой команде. В общей гипотетической ситуации (не про Хуанга) гендиректор жалуется, что не может что-то сделать, потому что «я борюсь с советом директоров, который не хочет этого делать». Это показывает агенту разведки, кто препятствие; служба спрашивает «Кто там камень преткновения?» и ищет доступ к почте и телефону этого человека. Конкурирующей разведке часто нужны не технологии, а понимание политики: кто продвигает изменение экспортных правил и кто главный противник. «Мир разведки похож на рак: попав в организм, он стремится распространяться», говорит Эфтимиадес. Приём не нов, «особенно для Китая», а новее по сравнению с советским шпионажем то, что отношения, которые эти службы выстраивают, теперь часто длятся годами, а не неделями.

Технологии усиливают агентурную работу, например IMSI-ловушки: устройства имитируют вышку сотовой связи, и ближайшие телефоны подключаются к ним. Простая версия может стоить около $1000 и помещается в чемодан, модели уровня государства стоят намного дороже, а в прошлом году было несколько случаев китайского шпионажа с их участием. Использовались ли они против Хуанга, пока никто не знает; его телефон, вероятно, был защищён так, что взлом можно было бы заметить, если не предотвратить. Что знала служба безопасности Nvidia и могла ли она отреагировать, станет яснее по мере независимого расследования совета директоров и федеральных проверок. Эфтимиадес надеется, что эта история станет «тревожным звонком» для американской промышленности, которая, по его мнению, в основном «не понимает» китайской тактики. «Мы потеряли триллионы [долларов] интеллектуальной собственности», по его собственной оценке.

Ключевые факты

  • Дэвид Ребер, директор по безопасности Nvidia (четыре года в должности, семь в компании), ушёл в августе по состоянию здоровья; через два с половиной месяца из компании ушёл генеральный директор Дженсен Хуанг из-за вопросов о его внебрачных связях.
  • Первой в цепочке стала связь с руководителем Megaspeed, сингапурской компании, которую американские следователи подозревают в переправке чипов Nvidia в Китай (Megaspeed отрицает нарушения); затем появились сообщения о двух романах с сотрудницами Nvidia.
  • Публично ничто не связывает смену руководства безопасности с делом Megaspeed; Nvidia, Ребер и новый руководитель Саша Здьелар на вопросы TechCrunch не ответили.
  • Отставной офицер разведки Николас Эфтимиадес объясняет, что разведки собирают информацию в основном через обычные разговоры, службы безопасности недофинансированы, а гендиректора часто требуют «не больше комплаенса».
  • Что знала служба безопасности и могла ли действовать, прояснится лишь по итогам независимого расследования совета директоров и федеральных проверок.

Почему это важно

История ставит вопрос шире одной компании: насколько корпоративная безопасность готова видеть риски, которые лежат не в сетях и зданиях, а в личных связях руководителей. Nvidia, поставщик чипов, чей экспорт в Китай находится под пристальным вниманием властей, а дело Megaspeed касается подозрения в перенаправлении этих чипов. По словам специалистов, любой роман способен дать иностранной разведке рычаг давления, а связь Хуанга с руководителем Megaspeed вообще не была внутриофисной историей. Отдельно важен довод Эфтимиадеса: разведки интересуются часто не технологиями, а политическими инсайтами, например кто продвигает изменение экспортных правил и кто главный противник.

Кому это важно

Руководителям служб безопасности, юристам и кадровым службам компаний, чьи продукты или партнёры попадают под экспортные ограничения. Также членам советов директоров, решающим, какие полномочия и бюджет давать безопасникам. Остальным читателям, как пример того, как разбирают историю вокруг Nvidia, пока факты не установлены.

Как это применить

Из материала можно вынести несколько практических вопросов для своей компании. Входят ли в задачи службы безопасности внутренние угрозы: вербовка руководителей и сотрудников иностранными разведками, подозрительные деловые связи, конфликты интересов, попытки добыть сведения через доверенные личные контакты (так, по цитате из The Hill, предлагают авторы колонки Дон Авив и Джереми Хьюервиц). Есть ли у безопасников канал к кадровой службе, юристам и совету директоров, ведь отношения гендиректора с подчинёнными обычно решают они, а не безопасность. Хватает ли бюджета: Эфтимиадес указывает, что службы безопасности часто недофинансируют, поскольку они не приносят выручку. Это наблюдения из статьи, а не готовая методика.

Можно ли доверять

Это аналитический материал TechCrunch, а не расследование с доказательствами. Он сам признаёт, что публичных данных о связи кадровых перемен с делом Megaspeed нет, Nvidia, Ребер и Здьелар на вопросы не ответили. Факты о романах и о юристе Nvidia взяты из сообщений The New York Times и Reuters, статья их лишь пересказывает. Главный эксперт Эфтимиадес говорит в общем и прямо оговаривает, что гипотетический пример про гендиректора и совет директоров не относится к Хуангу; цифра «триллионы» потерь интеллектуальной собственности, его личная оценка без указанного метода.

Риски и подводные камни

Главный риск, прочитать вопрос как ответ: в статье нет доказательств, что служба безопасности Nvidia что-либо знала о Megaspeed или о романах Хуанга, и нет данных о том, что иностранная разведка нацеливалась на него или что против него применяли IMSI-ловушки. Уход Ребера по здоровью по его собственным словам, и источник не говорит иного. Итоги независимого расследования совета директоров и федеральных проверок пока неизвестны, срока у них в тексте нет. Выводы Эфтимиадеса о том, что отрасль «не понимает» китайскую тактику, его мнение, а не установленный факт.

«Что бы мы ни думали, что делаем, это не работает.»

— Николас Эфтимиадес, отставной старший офицер разведки, о защите американской промышленности от шпионажа