ИИ-компании заходят в школы по тому же сценарию, что раньше Apple, Microsoft и Google

Репортёр The New York Times по образовательным технологиям Наташа Сингер в новой книге «Coding Kids» и в интервью подкасту The Vergecast утверждает: то, как ИИ-компании сейчас продают себя школам, «это главный тренд, здесь все рабочие места, дети, которые не освоят его, отстанут, а создатели великодушно дают учебные материалы бесплатно», это ровно тот же сценарий, по которому техноиндустрия выстраивала своё влияние в школьных классах последние 15 лет. «Меня беспокоит, что у нас коллективная амнезия», говорит Сингер, добавляя, что задаётся вопросом, извлекла ли отрасль уроки из прошлых технологических циклов в школах, чтобы заранее, а не через десять лет, поставить защитные меры для внедрения ИИ.

Больше десяти лет назад крупнейшие техкомпании напрямую встроились в школьную программу через курсы Advanced Placement по информатике (AP Computer Science Principles): Apple и Microsoft создали собственные версии курса на базе своих инструментов, соответственно Swift и Minecraft. Сингер иронично замечает: сложно представить, чтобы родители согласились на «AP по биологии от Pfizer», «AP по физике от Northrop Grumman» или «AP по экологии от ExxonMobil», и проводит параллель с медициной: по словам одного из опрошенных ею экспертов (имя в материале не названо), студентов-медиков, обученных работать с фирменным устройством одной компании, потом почти невозможно переучить на аналог конкурента.

Google стал доминирующим игроком в образовании через массовое распространение дешёвых ноутбуков Chromebook, по данным Сингер, оно шло на протяжении 2010-х и заметно ускорилось во время школьных локдаунов пандемии COVID-19, а также через приложение Classroom для учителей. К моменту взрывного роста генеративного ИИ Google уже был ключевым платформенным поставщиком для множества школ и оказался в выгодной позиции, чтобы продвигать в них и свои ИИ-продукты. Компании также действовали через некоммерческие структуры: Code.org получала поддержку техкомпаний, выпустила вирусное видео с участием основателя Microsoft Билла Гейтса и на тот момент главы Facebook Марка Цукерберга, призывавшее детей учиться программировать, а её основатель Хади Партови, действуя по стартаповской логике и не имея заранее продуманного плана на волну внимания к видео, превратил её в общенациональную кампанию «Hour of Code» («Час кода»), часовые вводные занятия по программированию для школьников.

Тогда заметного сопротивления почти не было, Сингер нашла отдельные попытки альтернативы, подробно описав одну из них: группа академиков (в материале не названы) выстроила более методичный курс по информатике с целью привлечь к предмету более разных учеников и научить их задавать вопросы о мотивах разработчиков технологий. Обещание, что навыки программирования, билет к высокооплачиваемой работе, к моменту выхода тех выпускников на рынок труда уже разошлось с реальностью на фоне новых технологий; часть выпускников, по словам Сингер, чувствует себя обманутыми: их годами убеждали учиться кодить, а начальные позиции в профессии обесцениваются. Сейчас часть школ отказывается от прежде повсеместных Chromebook, а исследования по всему миру (материал не называет конкретную работу или страну) всё чаще показывают, что добавление техники в класс само по себе заметно не улучшает результаты обучения.

Сингер подчёркивает, что не выступает против технологий в школах вообще, но большинству родителей, по её словам, нужно от школы больше, чем просто научить детей пользоваться техникой: чтобы дети выросли информированными гражданами демократического общества и разобрались, в чём их интересы и убеждения. Если же техноиндустрии позволить диктовать или сильно влиять на школьную повестку, вопрос подменяется: вместо «чему действительно важно научить детей» школы начинают решать «как быстрее внедрить ИИ», а это вопрос продукта, а не педагогики.

Ключевое отличие нынешнего цикла от прошлого, по мнению Сингер, уже возникшее сопротивление со стороны родителей и школьных округов. На прошлой неделе Нью-Йорк, крупнейший школьный округ США, запретил ученикам начальной и неполной средней школы использовать ИИ на уроках в наступающем учебном году. На следующий день Лос-Анджелес ввёл ещё более широкое ограничение, распространив его и на старшеклассников. Сингер называет себя «оптимисткой»: она видит, что учителя и ученики движутся к более широкому взгляду на технологическое образование, такому, которое учит детей задавать глубокие вопросы о том, как компании и технологии, включая ИИ, направляют их выбор, пользоваться инструментами осознанно и, если они того хотят, сопротивляться ощущению, что ИИ управляет их жизнью за них.

Ключевые факты

• Репортёр The New York Times по образовательным технологиям Наташа Сингер в книге «Coding Kids» показывает, что техноиндустрия выстраивала влияние в школах последние 15 лет.
• Больше десяти лет назад Apple и Microsoft создали собственные курсы AP по информатике (AP Computer Science Principles) на базе своих инструментов, Swift и Minecraft соответственно.
• Google стал ключевым игроком в школах через дешёвые ноутбуки Chromebook, которые распространились в 2010-е и ещё сильнее, во время локдаунов COVID-19, а также через приложение Classroom.
• Некоммерческая Code.org (основатель, Хади Партови) при поддержке техкомпаний выпустила вирусное видео с Биллом Гейтсом и Марком Цукербергом и запустила кампанию «Hour of Code» («Час кода») по всей стране.
• В отличие от прошлого раза сейчас есть открытое сопротивление: на прошлой неделе Нью-Йорк запретил ученикам начальной и неполной средней школы использовать ИИ на уроках в новом учебном году, а на следующий день Лос-Анджелес ввёл ещё более широкий запрет, включивший и старшеклассников.

Почему это важно

Материал показывает не разовый эпизод, а повторяющийся приём: техноиндустрия систематически встраивается в школьные программы, чтобы формировать будущих пользователей и покупателей своих продуктов, и сейчас по тому же приёму заходит ИИ. Сингер прямо формулирует риск: если позволить техноиндустрии диктовать повестку школ, вопрос «чему учить детей» подменяется вопросом «как быстрее внедрить ИИ в школы», а это вопрос продукта, а не образования.

Кому это важно

Родителям и учителям, которые сейчас решают, пускать ли ИИ-инструменты в класс; школьным советам и администрациям вроде тех, что в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе уже ввели ограничения; чиновникам, формирующим политику допуска ИИ в образование; и самой ИИ-индустрии, которой предстоит убеждать более настороженную аудиторию, чем 15 лет назад были родители в отношении Chromebook и школьных курсов по программированию.

Как это применить

Сингер советует школам и родителям не отказываться от технологий в образовании, а требовать от них большего: не просто учить пользоваться инструментом конкретного вендора, а учить детей задавать вопросы о том, как компании и их технологии, включая ИИ, влияют на их выбор, и оставлять за учениками право не соглашаться. Практический ориентир, сравнение с медициной из материала: специалистов, обученных на оборудовании одной компании, потом почти невозможно переучить на аналог конкурента; так же дети, обученные только на инструментах одного вендора, рискуют вырасти его клиентами по умолчанию, а не осознанными пользователями с выбором.

Можно ли доверять

Источник, интервью и книга практикующего репортёра The New York Times с многолетним профильным опытом, а не анонимный блог: у большинства утверждений в тексте есть прямая атрибуция, Сингер, названным компаниям, школьным округам. Слабое место одно: тезис о том, что «исследования по всему миру» показывают низкий эффект школьных технологий на успеваемость, дан без ссылки на конкретную работу, страну или выборку, это единственное место в материале, где вывод не подкреплён проверяемыми данными, и его стоит воспринимать как обобщение, а не как факт со ссылкой.

Риски и подводные камни

Главный риск сформулирован в самом материале: когда школьную повестку фактически определяет вендор, образование подстраивается под то, что продаёт компания, а не под то, что нужно ученику, как уже случилось с обещанием, что курсы программирования это билет к высокооплачиваемой работе (часть выпускников застала обратное: начальные позиции в профессии обесцениваются). Второй риск, по мнению Сингер, при повторении сценария с ИИ те же ошибки могут воспроизвестись быстрее и в большем масштабе, если школы и регуляторы не введут защитные меры заранее, а не постфактум, как сейчас происходит с запретами в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе.

«Меня беспокоит, что у нас коллективная амнезия.»

— Наташа Сингер, репортёр The New York Times по образовательным технологиям, в подкасте The Vergecast

Компания Meta Platforms признана экстремистской организацией, её деятельность на территории РФ запрещена.